Британская империя некогда охватывала четверть земной суши и населения планеты — от Канады до Австралии, от Лондона до Кейптауна. Великобритания была лидером промышленной сферы, ее торговый флот превосходил по мощности все остальные флоты мира, вместе взятые. Но всего за несколько десятилетий империя распалась, и вместо нее возникло больше 50 государств. Почему даже такая сильная держава не смогла сохранить целостность?

Когда речь заходит о советской «модернизации» северных регионов, мы обычно вспоминаем один и тот же инвентарь: насильственный переход к оседлости, борьбу с «пережитками» в виде традиционных религий и местных языков, интернаты, укрупнение поселений. На Чукотке все это тоже было. Но еще здесь сошлось несколько уникальных сюжетных линий: пограничье с США и трансконтинентальные связи, ранний эксперимент культурных баз, радикальная смена письменности местных языков и экономика на базе ГУЛАГа. Советская власть здесь не просто преобразовывала быт — она перекраивала живую ткань трансграничного мира.

Мир, который открывали из Европы, и люди, которые принесли «темным» народам цивилизацию. Так выглядит история, к которой мы привыкли. Антрополог Эрик Вольф предлагает иной взгляд на прошлое: Европа была не центром, а периферией мировой системы, и только в глобальных взаимодействиях смогла выйти на ведущие позиции в мире.

В истории международных отношений трудно найти эпизод столь же напряженный и таинственный, как так называемая большая игра — политическое, разведывательное и военное противостояние между Британской и Российской империями за контроль над Центральной Азией в XIX — начале XX века. Это был не просто спор о границах, а настоящая шахматная партия, разыгрываемая на фоне высокогорий Памира, пустынь Туркестана и дворцов Кабула, в которой агенты, картографы и офицеры играли не меньшую роль, чем армии. Как происходило это противостояние и почему сейчас начали говорить о новой большой игре?

С 2022 года на страницах медиа появилось так много терминов с «колониальным» корнем, что все в них запутались и до сих пор часто используют некорректно. Эти понятия, действительно, связаны с историческим неравенством, которое нам досталось в наследство от эпохи Великих географических открытий и последующего передела мира европейскими державами. Но связаны очень по-разному и могут обозначать широчайший спектр вещей от вооруженной борьбы за независимость до нюансов научной карьеры.